Кот выбрал себе хозяина сам

Кот выбрал себе хозяина сам

Дима не любил котов.

Точнее — не понимал. Собаки — понятные, верные, весёлые. А коты — какие-то себе на уме. Ходят где хотят, делают что хотят. Хозяин им — так, обслуживающий персонал.

Поэтому когда серый кот появился на его балконе — Дима просто закрыл дверь.

Кот вернулся на следующий день.

Сидел на перилах. Смотрел в окно жёлтыми глазами.

Дима задёрнул штору.

Кот никуда не делся.

Утром Дима вышел курить — кот лежал на коврике у двери. Худой, облезлый, с порванным ухом.

— Иди отсюда.

Кот моргнул. Не двинулся.

— Я серьёзно.

Кот зевнул.

Соседка Валентина Петровна заметила его на третий день.

— О, Серый вернулся!

— Знаете его?

— Конечно. Он тут жил. У Михаила Семёновича. На четвёртом.

— А где теперь Михаил Семёнович?

Валентина Петровна вздохнула.

— Умер. Месяц назад. Восемьдесят два года. Сердце.

Дима посмотрел на кота. Тот смотрел на него.

— И куда теперь?

— Выгнали. Дочка приехала, квартиру освободила. Кота — на улицу.

— Почему ко мне-то?

Валентина Петровна пожала плечами.

— Видимо, выбрал.

Дима не собирался его кормить.

Но на четвёртый день — не выдержал. Вынес миску с водой. На пятый — банку тунца.

Кот ел медленно, аккуратно. Потом — умылся. Лёг на коврик.

— Это не значит, что ты остаёшься.

Кот закрыл глаза.

На второй неделе Дима впустил его внутрь.

— Только переночевать. Холодно.

Кот обошёл квартиру. Методично, по-хозяйски. Обнюхал каждый угол. Выбрал кресло — и занял.

— Это моё кресло.

Кот не отреагировал.

— Ладно. Одну ночь.

Ночь превратилась в неделю.

Неделя — в месяц.

Дима купил лоток. Потом — когтеточку. Потом — нормальный корм вместо тунца из банки.

— Это временно, — говорил он друзьям.

Друзья смотрели на кота в его кресле. И на Диму — который теперь сидел на диване.

— Ага. Временно.

Кот — Дима так и не назвал его, просто «кот» — оказался странным.

Не мурлыкал. Не просился на руки. Не играл с верёвочками.

Просто — был рядом.

Когда Дима работал — лежал на столе. Когда смотрел телевизор — на спинке дивана. Когда спал — у ног.

Молчаливый. Постоянный. Надёжный.

В ноябре Дима заболел.

Грипп, температура сорок, ломота во всём теле. Три дня не вставал.

Кот — не отходил.

Лежал рядом. Тёплый, урчащий — Дима впервые услышал, как он мурлычет.

Ночью — будил, когда температура поднималась. Тыкался носом в лицо.

— Ты чего? — Дима открывал глаза.

Кот смотрел. Серьёзно.

Дима брал градусник. Сорок и один. Пил таблетку.

— Откуда ты знаешь?

Кот не отвечал. Укладывался обратно.

После выздоровления Дима позвонил ветеринару.

— Нужно осмотреть кота. Новый. То есть — не совсем новый. Он... долго жил на улице.

Осмотр показал: здоров. Худоват, но крепкий. Возраст — около восьми.

— Хороший кот, — сказал ветеринар. — Спокойный. Редкость.

— Он выбрал сам, — сказал Дима. — Я его не хотел.

Ветеринар усмехнулся.

— Они всегда сами выбирают. Мы только думаем, что решаем.

На Новый год Дима поехал к родителям.

Кота — взял с собой.

— Ты же не любил котов, — сказала мама.

— Не люблю, — Дима смотрел, как кот обнюхивает ёлку. — Но этот — особенный.

— Чем?

— Выбрал меня. Почему-то.

Мама погладила кота. Тот замурлыкал.

— Может, знал, что тебе нужно.

— Что мне нужно?

— Кто-то рядом. Молчаливый. Постоянный.

Дима подумал.

Год назад — развод. Пустая квартира. Тишина.

И серый кот на балконе.

— Может, и знал.

Прошёл год.

Кот состарился — или, может, стал спокойнее. Больше спал. Меньше ходил.

Но каждый вечер — ложился у ног. И мурлыкал.

Дима научился понимать его. Голодный — смотрит на миску. Хочет погулять — сидит у двери. Хочет внимания — тычется головой в руку.

Просто. Понятно.

Как собака. Только тише.

— Как его зовут? — спросила новая девушка Димы. Катя. Познакомились в ноябре.

— Кот.

— Это не имя.

— Он не жаловался.

Катя села на пол. Кот подошёл. Обнюхал. Лёг рядом.

— Он меня принял?

— Выглядит так.

Катя улыбнулась.

— Значит, и я приму его.

Три жизни — переплелись.

Старый хозяин — умер.

Кот — нашёл нового.

Новый — нашёл себя.

Просто. Негромко. По-кошачьи.